Mar. 23rd, 2012

brekhoff: (Default)

Чо-та я совсем старенький, надо думать, стал. Оттого у меня всякое вспоминательное всё больше проявляется.

Люблю, поньмаешь, вспомнить юность. Всякое тогда весёлое бывало. А тут день подводного флота мы с ребятами надысь отметили. Ну и вспомнился мне сразу год 1994. Когда я в шараге своей речной обучался.

Вот там вот день 23 февраля – это был праздник! Дело в том, что все начальники курсов, половина преподавателей, и, конечно, главный преподаватель НВП – были подводниками. Всё такие отмороженные на всю голову – по 25 календариков вообще не всплывали, похоже.  Ужас.

Ну и мы, курсантики, вечно невыспавшиеся, тоже им всегда доставляли. А тут – праздник профессиональный, да. Ради него наши начальники даже подвсплывали на перископную глубину и слегка подвыныривали из вечного запоя.

С утра – построение классов. На втором этаже нашей шараги строятся бойцы. Командиры классов, охрипшие уже с раздевалки, пытаются привести опухшие рожи товарищей в боль-менее приемлимое состояние. Кого-то бьют и отправляют домой за катастрофически неглаженные  клёши. У кого-то – обнаруживают некошерные офицерские брюки. Тоже – бьют и отправляют переодеваться. Про прочие мелочи, типа отхлоренных гюйсов, отсутствие на фуражках чехлов – речи не идёт, на это давно махнули рукой.

Толпы курсантов слегка ровняют, пытаясь разбить повзводно, без особого, впрочем, успеха. Командиры групп рыдают и сморкаются от несчастья в гюйсы.

- Смирна! – вдруг раздаётся крик фальцетом дежурного. Народ заполошно старается притушить бычки и придать лицу более-менее осмысленное выражение. Бесполезно, впрочем. От старания этого только глаза выпучиваются, и создаётся стойкое впечатление, что две сотни молодых бойцов страдают запущенной формой запора.

Появляется наш начальник курса капераз Романов. Как все подводники – в нём росту метр пиисят. Плюс ,по поводу праздника он не в обычной «гражданской» морской форме, а в парадной военно-морской. Оттого, что с утра он успел побывать в наших производственных мастерских, где много политуры – он идёт слегка подпрыгивая и распространяя кругом запах скипидара. Обратно, в честь праздника он при полном иконостасе, отчего отдельные медали, висящие особо снизу волочатся по полу и позвякивают.

 - Смирна! – ещё раз крякает дежурный и поперхнувшись, видя бесполезность машет обречённо рукой. «Ага, ещё равнение направо, скомандуй…» - бормочет кто-то из задних рядов. Строй представляет собой печальнейшее зрелище. В другой бы день  Романов, конечно, разъебал бы всех по самые помидоры, но сегодня он благодушен.

-Тэк-с…  - говорит он, разглядывая это удручающее зрелище. – И это называется построение! – с сомнением произносит он. – Вячеслав Алексеич! Подойдите на минутку – из кабинета Учебной Части выныривает энвэпэшник по подпольной кличке «Славик», известный тем, что на всех уроках рассказывает исключительно о дельфинах, которые-де – лучшее средство от подводных деверсантов… В честь праздника он тоже в полной форме подводного кавторанга, с утра готовый и на лацкане висит кусочек селёдки.  

- Посмотрите – говорит начальник курса, махнув рукой в сторону типа парадного строя.

 - А шо такое? – не сразу втыкается «Славик», пытаясь дожевать только что съеденную закуску. Капераз Романов смотрит на него с недоумением: - Ты чо ,не видишь? Это разве бойцы Государственной Академии Водного Транспорта?! – Тут «Славик» включается:

- Никак нет! Трищ Романов! Раздолбаи! Исправимся! – при этом он пытается дожевать шпротину…

- Это плохо, товарищ Вячеслав Алексеич! А если завтра война? А вот товарищ Апакидзе – штаны не погладил! – при этом он неопределённо машет в сторону правофлангого бойца.

Ловя его неопределённый взгляд командир группы командует: - Курсант Апакидзе! Три шага вперёд! Грохая стоптанными прогарами из строя вылезает нечто, отдалённо напоминающее курсанта. В неотглаженных штанах и фуражке «а-ля белый офицер в эмиграции»

Товарищ начальник курса обходит гражданина кругом, примеряясь, куда бы заехать, но сдерживается. Всё-таки он сегодня в настроении.

-Товарищ Апакидзе, доложите – что у вас на голове?

- Фуражка, тарищ начальник курса! – бодро докладывает боец.

- Нет, блять, фуражка – это у меня, или, вот, у курсанта Теплова – фуражки! А у вас, воин, на голове хуяжка! Кто вам в неё насрал, что у ней поля повисли? Бегом вставлять пружину – через пять минут  явиться ко мне в кабинет и доложить об исполнении!

 - Слава – обращается он к военруку – Запиши 3 «двойки» курсанту Апакидзе и «кол» - командиру группы СБ-2!.

«Славик», справившись со шпротиной суетливо достаёт чОрную книжечку из кармана…

Из Учебной Части высовывется довольная рожа подполковника Сёмёнова (он вообще у нас уже год не работает, но тут в честь праздника появился, внезапно, заставив побледнеть помнивших его драконовские методы обучения начальной военной подготовки третьекурсников)

-Ну и чо вы тут все собрались? – кричит он голосом, от которого некоторые слабонервные курсанты-первогодки, бывало, обделывались, прям не покидая парадного строя…

- Всё, бля, стынет! Водка, вон, выдыхается!

Это заявление заставляет начальника курса сразу скомкать своё начатое выступление по воспитанию личного состава:

-Разойтись на занятия! – командует он и спешит скрыться в Учебной Части. Там уже слышится звон стаканов и радостные возгласы преподавательского состава, имеющего отношение к военно-морскому флоту.

Курсанты разбредаются по классам, если кому не повезло иметь занятия у преподавателя, к флоту отношения не имеющего…

Продолжение следует.

Profile

brekhoff: (Default)
brekhoff

March 2017

S M T W T F S
   1234
567891011
12131415161718
19202122232425
262728293031 

Most Popular Tags

Style Credit

Expand Cut Tags

No cut tags
Page generated Sep. 21st, 2017 01:16 am
Powered by Dreamwidth Studios